«НЕТ ВОДЫ – НЕТ ЖИЗНИ» 

ГАЛИНА ИВАНОВНА КАСЬЯНОВА знает о водных объектах Бурятии все или почти все.

Инженер-гидротехник свою водоохранную деятельность начала в Госкомэкологии РБ, в 2003-м была принята в Госкомитет РБ по природопользованию и охране окружающей среды, который перерос в министерство природных ресурсов, где она проработала до 2014 года. Ветеран труда, сейчас она является внештатным экспертом АУ РБ «Управление госэкспертизы РБ». 

– Начну с людей. Безусловно, с главного нашего человека – П. Л. Носкова. Заслуга Петра Лукича как руководителя, пришедшего в непроизводственную и непонятную для него деятельность, состоит в том, что при подборе кадров он делал акцент на профессионалах. Были предложения принять людей «по звонку», хороших, добрых, но он не поддался и выбирал только компетентных специалистов. С каждым имел личную беседу, а потом уже принимал решение. Когда я узнала, что в комитет требуются водники, пошла на собеседование. Он ранее меня не знал. Поговорили об опыте работы. Так я влилась в коллектив, в котором на тот момент было 7 человек.

Нам приходилось очень многому учиться и, главное, собирать в разных структурах информацию. Этот процесс не приветствовался руководителями этих структур, не все радушно относились к новому комитету, однако друзей везде много. И, как говорится, нет таких вершин, которые не взяли большевики, вот и мы всей командой, а не каждый сам по себе, работали над сбором необходимых данных и к очередному отчетному периоду подготовили доклад о состоянии природных ресурсов Бурятии, о проблемах и планах комитета по их решению. С этим докладом Петр Лукич выступил в правительстве и, вернувшись с заседания, нас искренне поблагодарил за проделанную работу.

В дальнейшем, с его благословения, мы начали собирать базу данных из районов. Всем известно, что, несмотря на то, что Бурятия считается водной республикой, но качество питьевой воды находилось на низком уровне. Вот мы и занялись изучением вопроса потребностей в качественной питьевой воде и наличии источников водоснабжения населения, чтобы выяснить, сколько требуется средств на решение этого очень значимого для сельского населения вопроса. Начали работу по берегоукреплениям, надо было собрать информацию по гидротехническим сооружениям – в каком состоянии, кто хозяева. Собрав все данные, мы сделали анализ, подсчитали затраты и последовательно стали решать эти проблемы: разрабатывать ПСД по бурению скважин для населения, по берегоукреплению и т. д.

В дальнейшем мы часто летали в Москву, защищали в Федеральном агентстве водных ресурсов проекты, обосновывали необходимые средства и осваивали в год достаточно крупные суммы. Приходилось проводить конкурсы на исполнение работ подрядчиками, а этому тоже надо было учиться, так что работы у нас хватало, и она была интенсивна и результативна. Когда через три года сделали глубокий анализ привлечения и использования средств на водохозяйственные мероприятия, то сами удивились, какие миллионные инвестиции мы смогли привлечь в республику. А поскольку работы становилось все больше, то я убедила Петра Лукича в том, что нам нужен еще один специалист-водник. Пришла к нам Ольга Анатольевна Куркина, специалист высшей категории и человек очень трудолюбивый. И мы раза в четыре увеличили объем работы. Эффективно осваивали федеральные средства, отпущенные на водохозяйственные мероприятия в республике, ни разу не допустили неосвоение, объекты сдавались вовремя и качественно. Следует упомянуть В. С. Молотова, который помогал нам во всем и всеми силами: советом, опытом и даже учебой.

Когда комитет перерос в министерство, то из него выделилось Агентство, которое возглавил В. П. Гусляков, они проводили торги, занимались договорами, а мы, в министерстве, созданием нормативной правовой базой. На тот момент стояли две острые проблемы: это озеро Котокель и изменение уровня Байкала. Наше министерство всеми общественно-правовыми методами билось за то, чтобы иркутские энергетики модернизировали энергетическую отрасль и не повышали уровень Байкала, который пагубно влиял на наши территории, затапливая их и убивая биоту. И мы смогли держать этот вопрос на контроле.

Вскоре Ольгу Анатольевну Куркину забрали в Агентство, я осталась снова одна. Спустя какоето время в отдел пришел Антон Будунов. А вскоре Республиканское агентство вообще реорганизовали, и теперь уже на министерство перешли задачи по природоохранным мероприятиям, в том числе водоохранным. С расширением задач мы взяли в отдел Светлану Леонидовну Утенкову.

Наш отдел занимался предоставлением водных объектов в пользование и проведением водоохранных мероприятий. Петр Лукич ушел на повышение, и возглавил министерство Баир Дугарович Ангаев. Работа продолжалась по-прежнему, все устоялось, устаканилось, но к тому времени подошла моя пенсия и я ушла на заслуженный отдых. Когда Петр Лукич уходил на повышение, он собрал «старую гвардию», всех, кто начинал работать с ним, и тех, кто чуть позже пришел, поблагодарил сердечно. Было очень жалко расставаться, потому что сработались, но мы понимали, что человеку надо расти. И все, что от него зависело, он смог сделать для нас: поднял зарплаты, мы все стали консультантами. Петр Лукич был строгим, но справедливым. Я ценю его как руководителя, который умел работать с людьми, создавая комфортные условия для их работы и формируя командный дух дружбы и сплоченности в коллективе.